Зоя Петровна набрала дочь в восемь утра, ещё не сняв ночную кофту. — Марин, отчитайся, на что вчера пять тысяч ушло. Я по приложению вижу — пять тысяч ровно. Куда? — Мам, я ещё не встала. — Встанешь. Я ж не спрашиваю — ем я или сплю. Я о тебе думаю. Зоя Петровна и правда думала. Всю свою жизнь она думала о дочери больше, чем о себе, и не понимала, почему за это с ней теперь разговаривают вот таким сонным, недовольным голосом. Будто она враг. Будто чужая. — Пять тысяч — лекарства и продукты, — сказала Марина...