Август пах мокрым асфальтом и чем-то сладким, цветочным, почти забытым. Артём стоял на углу Большой Садовой, и капли ещё срывались с козырька аптеки ему на плечо. Он не торопился. Торопиться было некуда. Фонари зажглись минут десять назад, и тротуар превратился в длинное зеркало, жёлтое и мерцающее, будто кто-то разлил по нему тёплый мёд. Лужи дрожали от редких капель. Воздух после ливня стал таким густым, что хотелось жевать его, как мякоть персика. Ему тридцать пять. Разведён второй год. Дочь Маша живёт с бывшей женой в Туле, и каждый второй четверг они созваниваются по видеосвязи...