Алина любила свою дачу той тихой, преданной любовью, какая бывает только у людей, выросших в безликих панельных многоэтажках. Этот участок в шесть соток на окраине старого товарищества «Мичуринец» достался ей пустым, заросшим бурьяном и колючим черноклёном. Десять лет ушло на то, чтобы превратить дикое поле в райский уголок. Каждый кирпич небольшого аккуратного домика с мансардой прошёл через её руки. Каждая луковица сортового тюльпана, каждый куст гортензии были куплены на сэкономленные деньги и посажены с замиранием сердца...

Телефон Павла Ивановича завибрировал в начале десятого. Он глянул на экран, коротко кивнул мне и ответил негромко: – Слушаю. Да. Понял. Мой спутник помолчал, слушая, и по тому, как медленно разглаживалась складка между его бровями, я догадалась, что приказ получен, причём всё идёт по плану. Мне он, правда, был незнаком, но хотелось верить, что правильный. – Хорошо. Через сорок минут будут здесь? Принял. Геолокацию я скинул, – Павел Иванович н нажал отбой и повернулся ко мне. – Алексей Сергеевич решил не ждать до полудня...