– Игорь, я тебя спрашиваю в последний раз: куда ты дел деньги? – Татьяна стояла, уперев руки в бока, и сверлила мужа тяжелым взглядом. – Тридцать тысяч, Игорь! Тридцать тысяч из моей заначки! Конверт с деньгами, который она так бережно хранила на антресолях под старым бабушкиным пледом, исчез бесследно. Она перерыла всё, что можно было перерыть: заглянула в каждую коробку, проверила все щели между шкафами, сдвинула стопки старых журналов, которые годами пылились на верхних полках. Но конверта не было...

С начала всеобщей релокации прошло больше четырех лет. В целом за это время система успела более или менее устаканиться, а эмигрантская волна поделилась на несколько неравных сегментов. Во-первых, это «ассимилянты» — люди, более или менее успешно устроившиеся на новом месте благодаря работе в международных компаниях или сохранившие финансирование в гуманитарных организациях, или даже на хорошо оплачиваемых рабочих специальностях где-нибудь в Евросоюзе, благополучно сумевшие оформить ВНЖ, банковские счета и все остальное...