Чичиков едва успевает появиться в губернском городе NN, а Гоголь уже начинает перечислять еду. И делает это с такой подробностью, что по «Мёртвым душам» можно восстановить не вымышленное «старинное русское застолье» с обязательными самоваром, блинами и осетром, а несколько совершенно разных уровней питания России первой половины XIX века: дорожный трактир, гостиничный обед, стол небогатой помещицы, претензии на изящество Манилова, беспорядочное хозяйство Ноздрёва, тяжёлую мясную кухню Собакевича и почти патологическую экономию Плюшкина...