— Если квартиру троюродного дяди в центре продадим за восемь миллионов, то на дачу в Апрелевке как раз хватит, и ещё на новую машину останется, — громко, с причмокиванием, вещал из кухни Борис. Вера остановилась в коридоре с пылесосом наперевес. В начале августа зной стоял такой, что даже асфальт под окнами, казалось, умолял о пощаде, а тут родной муж делит шкуру ещё вполне живого дяди Коли. Точнее, не дяди Коли, а наследство, которое этот самый дядька пообещал отписать Вере за многолетний уход и регулярные поставок тушеной свинины в баночках...