— В шкафу я нашла договор на квартиру, где собственником значилась чужая женщина. Муж сказал, что это ошибка, но дата подписи заставила меня перерыть все его ящ Лера перебирала старые вещи на антресолях, когда из стопки бумаг выскользнул плотный конверт. Она машинально подняла его, но что-то заставило её замереть. Конверт был не запечатан, и из него торчал край официального документа. Она вытащила бумагу и пробежала глазами первые строки. Договор купли-продажи квартиры. Наша квартира. Та самая двухкомнатная на Октябрьской, в которую они с Димой въехали пять лет назад, сразу после свадьбы...

Когда Мире позвонили из деревни, она резала звук чужого плача. Не в переносном смысле. Она сидела в маленькой монтажной комнате при городском театре кукол и чистила запись спектакля. В наушниках то и дело вздыхала актриса, игравшая старую цаплю: слишком близко подошла к микрофону, и теперь каждый всхлип бил в ухо, как мокрая ветка по стеклу. Мира подвинула мышкой звуковую дорожку, убрала лишний шум, выровняла паузу. Плач стал тише. Послушнее. Именно этим она зарабатывала на жизнь: приводила в порядок чужие голоса...