Ольга открыла компьютер в 8:15 утра, как делала это последние двенадцать лет. На столе – три монитора, стопка папок и кружка с надписью «Не сейчас». Геннадий Павлович, её начальник, придёт к девяти или к десяти, если вчера была «деловая встреча». А пока она разбирала входящие письма, готовила сводку по поставщикам, проверяла накладные. Она знала всё, что происходит в отделе. Знала лучше самого начальника. Но он уходил на совещания, а она оставалась за столом. Так было двенадцать лет. И она уже почти привыкла, что её не замечают...

Виктор Метельский заметил неладное, когда собственный пёс отпрянул от его руки. Потом соседи начали смотреть сквозь него, будто в подъезде никого нет. А дальше выяснилось то, во что не хотелось верить. Уголёк зарычал первым. Не залаял, не заскулил, а именно зарычал, низко и коротко, будто на чужого. Виктор присел на корточки и протянул руку, как делал это тысячу раз за пять лет. Пёс попятился к батарее и прижал уши. Такого не было никогда. Даже когда Виктор приходил домой злой после смены, пахнущий соляркой и чужими унитазами, Уголёк всё равно тыкался носом в ладонь...