— Ты вообще меня слушаешь? Я сказал, плинтус кладём вдоль окна, а не поперёк! — Виктор ткнул пальцем в угол, где лежали упаковки светлого ламинированного плинтуса. — Виктор, мы уже обсуждали это с мастером. Поперёк удобнее, там труба идёт, — она говорила спокойно, но голос уже дрожал от усталости, накопившейся за месяц ремонта. — Мастера твои дурака валяют, а я в этой квартире хозяин, я сказал, значит, так и будет! Галина опустила нож на подоконник, засыпанный шпаклёвочной пылью, и несколько секунд просто молчала, разглядывая мужа...

– Дело не в деньгах, Света, – голос Ирины звучал ровно, почти ласково, но каждое слово словно прибивало гвоздями. – Ты пойми, квартира большая, а ты одна. Зачем тебе три комнаты? Мы семья, у нас Илюша подрастает. Разменяем, купим тебе уютную студию, ещё и останется. По-честному. Я смотрела на скатерть с вышитыми незабудками и молчала. Эту скатерть мама вышивала ещё до моего рождения. Эти стены помнили бабушку и прадеда. А теперь сестра говорила о «по-честному», будто квартира досталась нам по божьему распределению, а не по наследству лично мне...