Продолжу, но не думайте что они идут по порядку, выдержки идут хаотично: Когда уютный шум самовара и последние обрывки смеха над рассказами
Продолжу, но не думайте что они идут по порядку, выдержки идут хаотично: Когда уютный шум самовара и последние обрывки смеха над рассказами Кикиморы о неудачно взорвавшемся зелье для роста капусты, наконец, стихли, в кафе вошёл Горыныч. Точнее, как вошёл, явился. Сначала послышался мягкий скрежет чешуи о дверной косяк, затем в проёме между стеллажами, заваленными коробками чая и стопками кружек, в полумраке кафе, осторожно, как перископ, появилась огромная одна из трёх, средняя драконья голова. Каждый чешуйчатый щиток, каждый извив мощной шеи, каждый острый, как кривой нож, зуб в чуть приоткрытой пасти, всё кричало о дикой, неукротимой мощи, сдавленной в тесных рамках человеческого кафе...