— С меня довольно этого цирка! Хочешь тишины — сам носи тарелки и сам улыбайся своей родне! — слова вылетели из меня, как скальпель из руки, когда уже поздно притворяться, что «всё нормально». Олег даже не сразу оторвал взгляд от телевизора. Там кто-то бодро спорил про политику, и этот бодрый спор почему-то звучал куда уважительнее, чем мой разговор с мужем. — И что дальше? — Олег повернул голову, и голос у него оказался громче, чем экран. — Будешь сидеть, как хозяйка жизни, и ждать, пока я тебе еду принесу? Я стояла в прихожей, не успев снять туфли...

Ключ повернулся в замке с легким, упругим щелчком. Этот звук, глухой и основательный, поставил точку в пяти годах ожидания, стройки, бумажной волокиты и всех кредитов. Андрей толкнул дверь и вдохнул. Пахло свежей краской, деревом и чистотой...