Дом достраивали три года. Татьяна помнила каждый этап — фундамент под дождём в октябре, когда прораб позвонил и сказал, что бетон успели залить до заморозков. Потом кровля, потом окна, потом долгие месяцы внутренней отделки. Виктор участвовал, где мог, — привозил материалы, договаривался с мастерами, иногда сам ставил плитку в ванной. Но деньги шли в основном от Татьяны. Она работала главным технологом на производстве, зарабатывала прилично и вкладывала в дом методично — каждый квартал закрывала очередной этап...

– Достала! Думал, что смогу с тобой детей вырастить, но нет больше сил! – Да кому ты нужен-то будешь с твоими заработками? – ехидно поинтересовалась в ответ Янина мама. – Я знаю, кому я нужен, – внезапно успокоившись, ответил мужчина. – Ну ты и плакса! – в очередной раз выкрикнул Яне ее старший брат Андрей. – Андрюша, не трогай ты ее! Быстрее успокоится, – говорила мама и качала головой, глядя на дочь. – Тяжело тебе, девочка моя, в жизни придется. Чуть что – слезы! Яна и правда с детства была тем человеком, у которого, как говорят, «слезы близко»...