Я не планировала говорить. Честно — легла спать с мыслью что не скажу ничего. Зачем? Он сказал хорошее. Я услышала. Вот и всё. Не надо превращать четыре слова в разговор на час. Утром встала в шесть. Мои сорок пять минут, кофе, окно. Сидела и думала — нет, не буду. Он встал в семь пятнадцать. Вышел на кухню, налил себе кофе, сел напротив. Мы помолчали. Обычное утро. И тут я говорю: — Дим, можно я скажу кое-что? Он посмотрел на меня поверх кружки. — Ну. Я не готовилась. Не репетировала. Просто сказала как есть — так как оно внутри лежало всю ночь...

Очнулся от тряски. И криков: - Хватит, говорю, орать! Да проснись же ты наконец, настырная скотина! Оказалось, Тони изо всех сил – как только у Хенрика голова не отвалилась! – трясёт его за плечи. Ф-фу-у-у-у… Хенрик вздохнул. Буркнул: «Я… очухался». Тони отпустил его плечи. - Ты – чего?! - Кошмар. Приснился. – Хенрик сел. Прикусил губы, оглядываясь на дверь. Та, разумеется, оказалась заперта, - Ведьма! - Пф! Тоже мне, невидаль! Они и мне постоянно снятся, наши жертвы. - Нет. Та, которая пришла сегодня, нам ещё не встречалась...