После папиной смерти я долго не могла привыкнуть к тишине. И всё равно продолжала с ним разговаривать. Еду на работу утром и думаю: «Папа бы сказал, что я гоню». Хотя вожу нормально. Захожу в магазин, выбираю его любимое печенье — и только у кассы понимаю, что покупать его больше некому. *** Мне двадцать восемь. Впервые осознала, что можно быть взрослой и всё равно чувствовать себя ребёнком. Раньше, пока был папа, я знала: случится что-то серьёзное — позвоню ему. Он разберётся, приедет. Скажет: «Не переживай, Наташ...