Дед позвал меня в феврале, по телефону, и голос у него был деловой, как будто ему нужна была помощь с дровами. — Приезжай. У меня банка. — Какая банка, дед? — Ты знаешь какая. Я приехал в субботу. Ему восемьдесят семь, он живёт один в доме, который сам и построил в шестьдесят восьмом, и в этом доме всё стоит точно так, как стояло при бабушке. Он встретил меня в сенях, в валенках и в жилетке поверх рубашки, и сразу повёл на кухню, не дав даже раздеться. Банка стояла на столе, на клеёнке. Маленькая, из-под майонеза, с завинчивающейся крышкой, обмотанной синей изолентой...