Когда Лев Толстой отправлял младшую дочь спать, она иногда надевала ночную рубашку поверх платья. Дождавшись, пока отец уйдёт, снова садилась за его рукописи. Утром приносила законченную работу и слышала: «И как это ты сделала?» Спустя много лет Александра рассказывала журналисту Андрею Седых, сколько счастья было для неё в этих нескольких словах. Разбирать толстовский почерк она научилась далеко не сразу. Над одной из первых рукописей просидела до утра в слезах, зато постепенно отец стал доверять ей всё больше работы...