Мне было пять лет, когда я впервые поняла, что отличаюсь от других детей. Не потому, что у меня не было отца — многие жили без отцов. Не потому, что мы ютились в крохотной комнате на окраине — многие жили бедно. Я отличалась потому, что моя мать никогда меня не обнимала. Я помню тот день до мельчайших деталей. Мы возвращались из магазина, я споткнулась о бордюр и упала, разбив коленку в кровь. Мне было больно, я заплакала и потянулась к матери. А она отшатнулась. Не наклонилась, не подала руку, не сказала ласкового слова...

Я не ждала гостей. Тем более в такой час, когда даже собаки во дворе попрятались от ледяного ноябрьского дождя. За окнами уже давно стояла глухая, промозглая тьма, и мой дом, когда-то наполненный голосами и смехом, теперь тонул в тишине...