Прошло уже двадцать минут, а Григорий так ничего ещё и не сказал. А ведь он планировал сказать именно во время ужина, когда вся семья была в сборе. Ужин уже подходил к концу, а он молчал. Не решался заговорить. Слишком уж тема разговора щекотливая. Не знал Григорий, с чего начать. «Да что же это такое, в самом деле, — сам на себя сердился Григорий. — Взрослый ведь мужик! Не ребёнок! Дочери шесть лет уже. А всё чего-то боюсь. И ладно бы если преступление какое задумал совершить. Или что-то безнравственное...

Оглянувшись вокруг понимаю, что эти доски, которые мне нужны, прямо через дорогу. Нет, покупать с налёта я ничего не собираюсь, но подойти и посмотреть надо. На мой клич выходит то ли китаец, то ли китаянка, так и не поняла половую принадлежность...