— «Бесприданница» не получит ни метра из этой квартиры! — звонкий треск плотной гербовой бумаги эхом ударил по кафелю прихожей. Тамара Георгиевна не просто порвала документ — она методично, с перекошенным от праведного гнева лицом, растерзала его на четыре аккуратные части и швырнула их под ноги невестке. Тонкие зеленые корочки сиротливо отскочили к тумбе для обуви. — Мама, ты что творишь? Зачем так орать с порога? — Антон, переминаясь с ноги на ногу в шерстяных носках, попытался положить руку на плечо матери, но та резко сбросила его ладонь, будто стряхивала мокрицу...