— А куда мне его сыпать, Вадим? В пустоту? Под ноги? На кафель? Полюбуйся сам! Вадим замер на пороге совмещенного санузла, на ходу стягивая с шеи ослабленный галстук. В полумраке ванной комнаты, освещенной лишь тусклой полоской коридорного бра, зияла вопиющая, нелепая пустота. Там, где еще утром тихо подрагивал гладкий белый бок новенького агрегата с сенсорной панелью и серебристым ободком люка, сиротливо торчал гофрированный шланг. Из резинового раструба медленно, размеренно капала мутная вода, ударяясь о серое пятно застарелой пыли, оставшееся на месте ножек...