Знаете, что меня удивляет больше всего? Не сам вопрос. А тот момент растерянности, который наступает после него. Маша, 34 года, мать-одиночка с четырехлетним Тимой. Сидят в песочнице. Рядом папа катает дочку на качелях. Тима смотрит, смотрит... И вдруг — спокойно так, почти по-деловому: — Мам, а наш папа где? Маша говорила мне потом: «Я репетировала этот разговор сто раз. И в ту секунду забыла всё». Вот об этой секунде и поговорим. Не о том, «что делать в целом», а о том, что происходит внутри ребёнка — и почему ваш ответ важнее, чем вам кажется...