Нина никогда не любила квартиру матери на втором этаже с вечно грязным подъездом. Но сейчас, когда адвокат сказал собирать чеки, Нина поняла, что этих чеков нет, потому что мать её всю жизнь прожила по принципу «деньги — вода», а юридическая осмотрительность — удел зануд. Зоя сидела сейчас на диване, теребила бахрому пледа, и смотрела на дочь своими огромными, как у совы, глазами, в которых застыло не раскаяние даже, а какое-то детское недоумение: мол, а что, разве так бывает, разве люди такие...