– Ты мне предлагаешь бросить детей? Да? Не знал, что ты настолько жестокая. – сказал муж. Ирина видела, как злость Олега растет после ее отказа. Он стоял в ее квартире и требовал, чтобы она приняла решение, которое изменило бы прежде всего ее жизнь. И не в лучшую сторону. При этом виноватой Олег выставлял ее. – Я не предлагаю тебе бросить детей, – сказала Ирина. – Я просто не хочу содержать их за свой счет. Это большая разница. Олег недовольно поджал губы. – Это мои дети, Ирина. Мои. Почему...

Тамара Николаевна, а для своих просто Тома, сидела на продавленном диване в зале, машинально перебирая пальцами плед, и смотрела на свою дочь Веронику так, будто видела ее впервые. Не девочку с косичками, которой она завязывала банты к первому классу, а жесткую молодую женщину, которая только что буднично, перекроила всю ее оставшуюся жизнь, как перекраивают старое платье. — Мам, ты меня, конечно, извини, но я тебе не Господь Бог и не собес, чтобы разруливать то, что вы там в девяносто седьмом...