Полина помешивала суп деревянной ложкой, когда из комнаты раздался бабушкин голос. – Опять жидкий варишь. Ты ничего толком довести не можешь. Ложка замерла на секунду. Потом снова пошла по кругу, размеренно и привычно, будто слова прошли мимо. Вера Николаевна стояла в дверном проёме кухни, невысокая и прямая. Сто пятьдесят восемь сантиметров, а пространства занимала столько, что кухня сразу делалась тесной. Пальцы сухие, крепкие, в мелких пигментных пятнах. Такими руками она сорок лет шила на фабрике, а потом ещё десять на дому, когда фабрику закрыли...