— Поживешь в прихожей, не барыня! — Антонина Васильевна грохнула на паркет гигантский фикусовый горшок, отчего земля веером разлетелась по моему светлому ковру. — Ишь, хоромы себе отхватила. Две комнаты на одну молодую девку — грех это. А у Игоря спина болит, ему в спальне на нормальном матрасе спать надо. Я онемела, переводя взгляд с раскидистого фикуса на свекровь, которая уже хозяйским шагом направлялась в мою спальню, волоча за собой два безразмерных чемодана. — Мама, подожди, — робко подал голос Игорь, переминающийся у порога с моей любимой ортопедической подушкой под мышкой...

С начала всеобщей релокации прошло больше четырех лет. В целом за это время система успела более или менее устаканиться, а эмигрантская волна поделилась на несколько неравных сегментов. Во-первых, это «ассимилянты» — люди, более или менее успешно устроившиеся на новом месте благодаря работе в международных компаниях или сохранившие финансирование в гуманитарных организациях, или даже на хорошо оплачиваемых рабочих специальностях где-нибудь в Евросоюзе, благополучно сумевшие оформить ВНЖ, банковские счета и все остальное...