– Мама, ты где?! – кричала Марта в голосовом сообщении, и в голосе у неё были слёзы и злость сразу. – Почему ты не отвечаешь?! Я тебе тридцать раз звонила! Мне завтра детей девать некуда! Ты что, умерла там?! Я стояла на верхней палубе теплохода «Александр Пушкин». Волга внизу была широкая, рыжая от заката. Слева проплывали Жигулёвские горы. Ветер рвал шарф. Я прослушала сообщение до конца. Потом следующее. Потом ещё одно. Тридцать семь пропущенных. Девятнадцать голосовых. Тома, подруга, стояла рядом у перил...