Валентина Сергеевна стояла у окна и с тоской смотрела на серый, мокрый асфальт двора. На душе скребли кошки, причем не простые дворовые, а породистые, с длинными, острыми когтями. В кухне за спиной звякнула ложечка о фарфор. — Тёщенька, а у нас, может, колбаска еще осталась? Та, которая сыровяленая? — раздался довольный голос Виталика. Валентина Сергеевна медленно повернулась. Виталик, без пяти минут законный зять, сидел за столом так вольготно, словно он этот стол сколотил, кухню построил, а квартиру в центре города собственноручно отвоевал у печенегов...