Дверь погреба захлопнуло ветром, и щеколда снаружи со звонким щелчком встала на место. Фаина Дмитриевна поняла это по звуку раньше, чем толкнула доски плечом и почувствовала, что они не поддаются. Наверху, там, где заканчивалась лестница в четыре ступени, была ночь, метель и запертая на засов дверь – а она стояла внизу, среди банок с помидорами, с фонариком, который начинал мигать. Ветер снаружи гудел так, что доски двери мелко подрагивали, и сквозь эту дрожь, сквозь вой метели, до неё вдруг долетел глухой, настойчивый стук – будто кто-то бил кулаком совсем рядом, прямо над головой...