На столе зияло пустое место. Исчез и пирог, и моё фаянсовое блюдо с синей каёмочкой. Мой пирог с августовскими яблоками и свежей чёрной смородиной, над которым я скрупулёзно колдовала всё утро, бесследно испарился. Я набрала номер младшей сестры, заходившей двадцать минут назад якобы одолжить крупной соли для засолки. Пока я ушла в кладовку за банкой, Вера на несколько минут осталась на кухне одна. — Вера, где пирог? — спросила я, стараясь дышать ровно. — Ой, Наташа, не начинай свою привычную занудную песню, — бодро и совершенно беззаботно защебетала трубка...