— Илюша, Илюша… — тяжело вздыхала Галина, стоя рядом со свежей могилой. — Ну почему ты меня не слушал никогда? Я ведь просила тебя, умоляла… Сын не дожил всего несколько месяцев до своего двадцатипятилетия. Галина много раз говорила ему, чтобы он заканчивал свои ночные покатушки по городу на мотоцикле. Но Илья в ответ лишь улыбался. Говорил, что она зря волнуется, что он очень опытный мотоциклист и вообще — что ему нравится это. Кататься. Вот и докатался. — Вот и стоило оно того, Илюша? — вытирая слезы, шепотом говорила Галина...

— Ты вообще меня слушаешь? Я сказал, плинтус кладём вдоль окна, а не поперёк! — Виктор ткнул пальцем в угол, где лежали упаковки светлого ламинированного плинтуса. — Виктор, мы уже обсуждали это с мастером. Поперёк удобнее, там труба идёт, — она говорила спокойно, но голос уже дрожал от усталости, накопившейся за месяц ремонта. — Мастера твои дурака валяют, а я в этой квартире хозяин, я сказал, значит, так и будет! Галина опустила нож на подоконник, засыпанный шпаклёвочной пылью, и несколько секунд просто молчала, разглядывая мужа...