– Ты в своем уме вообще, такие деньжищи на кафель с трубами спускать, когда у родного человека жизнь рушится? – Вадим с размаху бросил связку ключей на кухонный стол, так что пузатая сахарница жалобно звякнула. Елена даже не вздрогнула. Она стояла у раковины и методично, круговыми движениями счищала жесткой губкой темный налет со старой эмалированной кастрюли. Вода из крана текла тонкой струйкой, с неприятным свистом и перебоями, потому что общедомовой стояк в их панельной девятиэтажке давно прогнил и требовал полной замены, как и вся разводка в санузле...