Пасмурно, прохладно на улице. Воздух кажется вязким.  Иду с урока. Над головой роятся ноты, как пар над вышедшеим из парилки. Шуршат под ногами пурпурные и пегие, бурые и желтые в крапинку, кленовые и дубовые. Разогревшееся сердце выдает сто восемьдесят в минуту. Кофр на лямках болтается за спиной, похлопывает по закоркам в слабую долю. Помнится, я сказал в кафе на Пятницкой, что надо быть реалистом. На улице лютовал поздний февральский мороз, и я, командировочный, в тонких ботинках, искал, где бы поужинать...