«Мама, ты снова всё переставила в шкафу. Я же говорила — моё на верхней полке, ваше — на нижней. Это что, так сложно запомнить?» Людмила Семёновна не ответила сразу. Она стояла посреди прихожей в собственном пальто — только с улицы, ещё не успела разуться — и смотрела на дочь. На Светочку. На ту самую девочку, которую когда-то носила на руках через всю больницу в три часа ночи, потому что та кашляла и не могла спать. На ту самую Светочку, которая теперь стояла в дверях кухни с поджатыми губами и смотрела на неё как на нерадивую уборщицу, нарушившую внутренний распорядок...