Впервые я осознала приговор своей личной жизни в пять лет. Мы с мамой гуляли по ярмарке. В одной руке я держала липкую сахарную вату, а в голове крутились мысли о новом платье. Рядом, у палатки с дешевой бижутерией, сидела цыганка в пестрой юбке, похожей на заброшенный сад. — Девочка, иди сюда, — позвала она. — Ручку покажи. Я подошла к цыганке. Она взглянула на мою ладонь, потом на лицо, и её улыбка внезапно исчезла, будто кто-то выключил свет. — Ох, девочка... Мама тут же насторожилась. — Что такое? Цыганка медленно покачала головой: — Красавица вырастет...