Воскресное утро в семье Кузнецовых началось не с аромата свежесваренного кофе и не с тихой классической музыки, а с оглушительного, непрерывного трезвона дверного звонка. Вадим, облаченный в домашний халат, недовольно прищурился и пошел открывать. На пороге элитной четырехкомнатной квартиры в сталинском доме стоял коренастый мужчина лет пятидесяти в помятой джинсовой куртке. У его ног возвышались две гигантские клетчатые челночные сумки, а под мышкой покоилась старая ржавая раскладушка. — Здорово, племяш! — громко рявкнул незнакомец, бесцеремонно шагнув прямо на чистый ковер прихожей...