Ольга стояла посреди маминой квартиры и смотрела на мужа, который в очередной раз размахивал руками, расхаживая по комнате. Его лицо покраснело от гнева, а голос становился все громче. - Продавай эту дыру немедленно! – выкрикнул Дмитрий, ткнув пальцем в потрескавшуюся стену. - Сколько можно тянуть? Полгода уже прошло с похорон. Квартира в центре стоит бешеных денег. а ты цепляешься за эти ободранные обои, как за спасательный круг. - Это память о маме, – тихо ответила Ольга, сжимая в руках старую фотографию...

Последние декабрьские сумерки синели за окном, отражаясь в идеально вымытом стекле. Марина поправила серебристый дождик на ветке ели и отступила на шаг, оценивая результат. Ёлка получилась роскошной — неброской, но безупречной, как и всё в этой новой гостиной...