Элеонора не любила, когда ее называли «Эля». Это имя — мягкое, податливое — никак не вязалось с ее характером. Но муж, Кирилл, почему-то упорно сокращал ее имя, словно пытался этим уменьшить саму Элеонору, сделать ее проще, доступнее. — Эль, я же не со зла, — привычно отбивался Кирилл, когда она в очередной раз указывала ему на эту оплошность. — Привычка. — Привычки меняются, — отвечала она, встряхивая стрижеными волосами, окрашенными в холодный пепельный оттенок. Квартиру на Садвой она действительно купила до свадьбы...

Эли и Элла – имена им как будто подбирали специально. Эли – мой бог, а Эла – богиня. Красивые имена, у нас такие бывают. Мы дружили с ними сто лет, да, впрочем, кто с ними не дружил? Круг их друзей был нереально широк и никому не тесен. Так легки они были в дружбе! Не требовательны, тактичны, улыбчивы, гостеприимны. Если бы не физическая отдаленность, мы разорили бы их, наверное, своими визитами. Впрочем, и так паломничество к ним не прекращалось зимой и летом. Маленький дом под большими деревьями, веранда с качелями, трава и цветы вдоль дорожек...