Последний ребенок уехал учиться в другой город. Квартира внезапно стала просторной и тихой. Слишком тихой. Утренний кофе теперь пьется в одиночестве, а вечера растягиваются в бесконечную череду часов перед телевизором...

Молодой, откликавшийся на кличку Штык, сидел в остове полузатопленного траулера, сжимая в руках пластиковый корпус. Это был «Сварог». Не тот массовый «Велес», которым светили каждый куст новички, и даже не армейский «Медведь». Это был тяжелый, угловатый прототип с потертой маркировкой завода «Юпитер». Штык выменял его у мертвого диггера в Припяти, отдав за железку почти весь свой боезапас и аптечки. Продавец не соврал. «Сварог» не просто пищал на аномалии. Его экран, обычно залитый ровной изумрудной пеленой, вдруг мигнул, и в центре возникла пульсирующая красная точка...