Я зашла за солью. Посреди сеней стоял дорогой чемодан, а городской Вадик молча смотрел в крашеный пол. — Собирайся, Поля, — сказал он глухо. — Я никуда не поеду, — Полина даже не обернулась от печки. — Ты тут сгниешь с этими сопляками. — Значит, сгнию. Ключи на стол положи. Городской жених хлопнул дверью так, что посыпалась штукатурка. Вадик уехал. Полинка осталась. А я так и стояла с пустой кружкой у порога. Полина Андреевна приехала к нам четыре года назад. Молоденькая. Худая как жердь. Глаза испуганные...