Вы вроде договорились отметить красиво, а в реальности вечером обсуждаете, кто что «должен»: ресторан или домашний ужин, гости или только вы, подарки или «и так всё есть». И внутри может звучать тихий...

– Уедешь – я тут одна останусь. Аграфена Игнатьевна сказала это один раз, в июне, и больше не повторяла. Этого хватило на двадцать один год. Кухня была четыре метра, окно выходило на глухую стену котельной. Мать сидела боком к столу, сложив руки на клеёнке, и смотрела не на дочь, а на подоконник. Там стояла банка с солью и жестянка из-под леденцов с пуговицами. Фрося не садилась. Сесть было некуда: второй табурет держал таз с ягодой. – Мы через месяц едем, – сказала она. – Я на комбинат там устроюсь, у них лаборатория большая...