Виктор Васильевич стоял у подоконника и методично переставлял мои аптечные коробки с настойками. Он делал это медленно, сгребая пластиковые флаконы в одну кучу, будто расчищал место под кирпичную кладку. Я зашла на кухню, держа в руках тяжёлый пакет из «Пятёрочки», где лежали две бутылки молока за сто семьдесят рублей и десяток яиц. — Ты бы, Марина, порядок тут завела, а то чёрт ногу сломит, — произнёс свёкор, не оборачиваясь. — Мужик с работы приходит, а у тебя на самом виду склянки тухнут. Повыбрасывать бы всё это...