— Я уже решила, кто будет жить в твоей квартире, так что давай без этих твоих сцен, лишних вопросов и неуместного эгоизма, — припечатала моя бывшая свекровь. Она перешагнула через порог и привычным, сугубо хозяйским жестом поправила носком лакированной туфли мой придверный коврик. Антонина Львовна прошествовала в коридор с грацией и непробиваемой самоуверенностью важной барыни, которая точно знает, чей это курорт, чьи это шезлонги и кто именно из отдыхающих обязан кормить её хлебным мякишем. За её величественной, обтянутой бордовым кардиганом спиной топталась незнакомая мне женщина...

— Он говорит, что я разрушила семью. Что я всё придумала. Что его мать в больнице от моего ухода, хотя она на даче и всё в порядке с ней Прошла неделя. Анна сидела в своей съемной квартире на восьмом этаже панельной башни и смотрела на серое московское небо. За окном моросил мелкий дождь, такой же, как и в её душе. Дети были в школе. Игорь звонил каждый день — сначала с угрозами, потом с мольбами, потом снова с угрозами. Анна не брала трубку. Она читала его сообщения и удаляла их, не отвечая. Сегодня был вторник...