Кто-то из режиссёров произнёс это вслух первым, кто-то додумался сам. Но с какого-то момента слова стали повторяться: «Даль не жилец». Козинцев — тот самый, что снял «Короля Лира» — говорил об этом без надрыва, почти спокойно. Как о чём-то само собой разумеющемся. А Олег в это время репетировал роль Шута и был самым живым человеком на площадке. Вот в чём парадокс этой истории: актёр, которого боготворили зрители, которому звонили лучшие режиссёры страны, которому предлагали роли Гайдай, Рязанов, Митта, — этот человек прожил жизнь с ощущением, что так и не сыграл главного...