Как пандемия изменила брак? | Романовы Подкаст
Свекровь нашла покупателей на мою дачу и взяла задаток — я подала в суд на семью мужа
Анна стояла у кухонного стола, по локоть в муке. В духовке гудел вентилятор, на плите тихо булькала кастрюля с бульоном, и запах ванили висел в тёплом воздухе, как обещание тихого вечера. Она как раз раскатывала пласт теста, когда хлопнула входная дверь, и в кухню без стука вошёл Олег. Он был в расстёгнутой куртке, с брелоком от машины, намотанным на палец, и с той особой лёгкостью, какая бывает у людей, уверенных, что им нигде не откажут. Анна подняла голову, но не вытерла рук. Олег не разулся, прошёл прямо к столу и опёрся на него ладонью, чуть сдвинув тарелку с нарезанными яблоками...
– У меня такое ощущение, что Агата – не родная мать Никиты. Не может родная мать так себя вести. Это противоестественно
Обратная дорога до госпиталя прошла как в тумане. Катерина сидела, привалившись виском к прохладному, несмотря на жару, стеклу, и смотрела на проплывающие мимо поля, перелески, маленькие речки. Порой встречались полуразрушенные строения, отдалённо напоминающие жилые дома. Степан, чувствуя подавленное настроение пассажирки, молчал и вёл машину ровно, без рывков, даже радио включать не стал. В голове у Прошиной крутился, будто заезженная пластинка, один и тот же вопрос: как мать может так относиться...