Михаил Аркадьевич узнал свой ремонт ещё до того, как посетительница поставила ботинок на приёмную полку. На чёрной подошве, у самого носка, осталась тонкая серебристая черта от его разметочного карандаша. Стереть её он тогда забыл. Теперь носок можно было приподнять двумя пальцами. — Неделю не проходила, — сказала женщина. — Вчера по сухому асфальту шла, даже луж не было. Михаил Аркадьевич взял ботинок обеими руками и отогнул край ровно настолько, чтобы увидеть место отрыва. Кожа не порвалась. Шов держался...