— За молодых! — сказала Зинаида Павловна и встала с бокалом. Молодым было сорок семь и сорок девять, за окном гремели салюты, Соня под столом кормила кота холодцом. — Я, конечно, не напоминаю, — продолжила свекровь, — но в две тысячи третьем я вам дала сто двадцать тысяч. На свадьбу. Когда вы в общежитии на одной плитке картошку жарили. Глебушка, сколько это по-нынешнему? — Мам, ну Новый год же… — Сколько, Глеб? Глеб вздохнул и полез в телефон. Раньше Зинаида Павловна считала сама, на бумажке, а позапрошлой зимой поручила это сыну...

Опять переехал, поэтому сделал новую студию. Перед отъездом сделал чертёж. Решил сделать обрешётку всех стен брусом 20*40мм. Планировалось, что они будут играть роль диффузоров, рассеивая эхо, сохраняя при этом звонкость. И вот я на новом месте, пилил, делал пазы, прикручивал брус. Потом сделал акустические панели из уже давно полюбившихся мне хлопковых плит и чёрного плотного (100г/м3) спанбода. Всё развесил. Красиво. Начал записывать и слышу бубнёж. Гул какой-то. Стал записывать, сидя в центре комнаты, а не у стены, как раньше...