Часть I. Пыль и лозы Воздух над каменистыми уступами Беотии дрожал, густой и раскаленный, точно масло в бронзовой сковороде. Год после Херонеи не принес облегчения — лишь оцепенение. Греция лежала с перебитым хребтом под копытами фессалийской конницы Филиппа, и даже солнце, казалось, выцвело от пролитой крови, превратившись в безжалостное белое око. Главк стянул с плеча потертый кожаный ремень дорожного мешка и оперся о шершавый ствол дикой оливы. Под хитоном, между лопатками, неприятно зудел застарелый...

Долгожданный отпуск Ольги назревал уже давно. Сорокапятилетняя женщина работала в Германии уже восьмой год. Работала честно, на совесть — убирала огромные офисные здания, мыла стеклянные витрины дорогих магазинов, иногда помогала на кухне в небольшом ресторанчике...