Она оставила на столе всего одиннадцать слов — и ушла в рассвет, не оглянувшись. Восемнадцатилетняя Устинья знала: через неделю её поведут под венец с нелюбимым, а она выбрала другое — двенадцать вёрст пешком до станции, узелок с бельём и материнское кольцо на шнурке. Она не знала ещё, что эта дорога приведёт её не просто в чужой город, а к мальчику, которого она полюбит сильнее, чем могла бы полюбить родного сына — и ради которого однажды рискнёт всем. Кольцо было холодным, хотя лежало у Устиньи за пазухой с самого утра...

Устинья умирала три дня, и всё это время Прохор не находил себе места — брался за молот и бросал, мерил шагами кузницу, смотрел в огонь, не видя ничего. А Марья, меняя холодные компрессы на горячем лбу больной, вдруг с ужасающей ясностью поняла: если она сегодня не скажет ему всё, завтра может быть поздно. Глава 1 Время в труде летит незаметно. Два года минуло с того дня, как Еремей разжёг свой первый горн у оврага. Два года — невелик срок для истории, но достаточный, чтобы маленькая кузница стала кормилицей для двух семей...

В тот день Марина возвращалась домой раньше, чем собиралась, и сама потом не могла объяснить, почему вместо привычного чувства предвкушения у неё с самого утра было какое-то странное беспокойство, будто поезд, на котором она ехала, вёз её не просто в знакомую квартиру, где ждали её вещи, книги и привычный запах кофе, а к разговору, которого она пока не умела представить. Почти два месяца она провела в другом городе, ухаживая за отцом после тяжёлой операции, и всё это время Павел уверял её, что дома...