Степан отложил ложку с таким трагическим видом, будто подписывал мне смертный приговор, и, набрав в грудь побольше воздуха изрёк: — Леся, это всё не то. В котлетах нет… души. Вот мама говорит, что ты фарш «мучаешь» блендером. А надо ручками, ручками! И вообще, мы как-то неправильно живём. Расхлябанно. Мама лучше знает, как держать дом в тонусе. Алина Сергеевна, наша гостья из «глубинки», прибывшая «на зимовку» и оккупировавшая диван в гостиной уже третий месяц, победоносно кивнула. Её лицо в этот момент напоминало лицо генералиссимуса, принимающего капитуляцию вражеской армии...

Каждую субботу мой загородный дом превращался в филиал санатория, захваченный группой цыган-интеллигентов. Ровно в четырнадцать ноль-ноль у ворот тормозила вереница машин. Из недр старенькой «Тойоты» величаво, выплывала Клавдия Викторовна — моя свекровь. За ней, как шлейф, тянулась свита: золовка Жанна с мужем Антоном, троюродный брат Семён с вечно жующей женой Людой. Они ехали «на баньку». Это словосочетание вызывало у меня нервный тик. Для них «банька» означала расслабленный отдых, холодное пиво,...