Утром забор стоял на моей малине. Зоя замерла на крыльце, лейка в руке. Между её малинником и забором соседа была земля. Узкая полоса земли, на которой росли первые кусты её отца. Теперь земли не было. Свежий профнастил поставлен прямо в куст. Полтора метра малины срезано бензопилой. Срез ещё пах смолой. Она поставила лейку на ступеньку. — Максим! — позвала она негромко. Никто не вышел. В калитке между участками висел свежий замок. На столбе висела белая бумажка в файле. Зоя подошла, прищурилась...

Галина была уверена, что квартира свёкра достанется ей. Тридцать лет она ждала этого момента. Но нотариус открыл конверт, и лицо Галины стоило всего. Галина приехала к нотариусу на сорок минут раньше. Не потому что волновалась. Просто привыкла контролировать. Сумка стояла у ног, перчатки лежали на коленях ровно, палец к пальцу. Она сидела в приёмной на стуле с потёртой обивкой и разглядывала трещину на потолке, которая тянулась от угла к люстре, как русло пересохшей реки. Кабинет пах старой бумагой и чем-то сладковатым...